Здание Военного министерства

«Дом со львами» пробыл в распоряжении Лобановых-Ростовских совсем недолго. Уже через несколько лет, в 1820-х годах, он был продан в государственную казну для Военного министерства.

Сначала в особняк въехали только часть департаментов - Канцелярия военного министра, Провиантский и медицинский департаменты, Комиссии провиантских дел и Финляндских провиантских дел. Но вскоре им стало тесно, и «дом со львами» был целиком передан министерству.

 

Сохранившееся в Военно-историческом архиве дело о перестройке дома на Мойке содержит сведения о количестве арендованных помещений, их расположении по этажам и размере залов и "покоев":

"1-е.  Под сводами (т.е. в полуподвале) для служителей 21 покой
2-е. В первом этаже 20 покоев
3-е. В бельэтаже 39 покоев

В числе коих имеются 4 большие зала, из коих три по 11 саженей (т. е. по 23,5м) длины и 4 сажени 2 аршина (около 10м) ширины, один по 8 саженей (17м) длины; прочие покои по фасадам: Адмиралтейскому и Исаакиевскому имеют глубину покоев  4 сажени 2 аршина (10м).
4-е. В третьем этаже  26 покоев
Покои по большей части имеют длину от 4-х до 5 саженей и даже 6 саженей (от 8,5 до 10,6м); ширина от 3 саженей и до 4 саженей 2 аршинов (от 6,4  до 10м).
5-е. В антресольном этаже (или в самом верхнем), кои могут быть потреблены для служителей".  8 покоев
Всего Военное министерство арендовало под свои "присутственные места" 114 комнат и залов, составлявших "почти две третьих  части дома".
Из источников Военно-исторического архива: "Кроме помещений, занятых учреждениями военного ведомства, в "погребном этаже" дома имеются "три квартиры из 11 жилых покоев и 3 сухих погреба. В первом этаже четыре квартиры из 24 покоев. В бельэтаже одна квартира из 7 покоев. В третьем этаже пять квартир из 23 покоев. Всех же вообще - 65 покоев, с коих получается доходу до 30 000 руб.". Нетрудно подсчитать, что всего в доме было 114 + 65 = 179 "покоев" и три сухих погреба. Действительно, 114 составляет примерно две трети общего числа помещений.

Сверх того в доме были "шесть сараев, конюшни на 30 стойлов, два большие сенные чердаки и две кладовые для овса".
 

Разумеется, планировка княжеского дома не подходила для нужд Военного министерства. Историк начала XX века П. Н. Столпянский писал: «Это обычное явление для Петербурга - вельможи строят дом, затем дом ему оказывается не нужным, или вельможа разоряется, и казна покупает его дом для какого-либо своего учреждения. Весьма понятно, что дом, который строился для частного лица, не подходит для казенного учреждения, учреждению приходится стесняться, ютиться, но на это не обращали внимания, надо было поддержать того или иного вельможу...».

В 1829 году архитектор Э. Х. Анерт перестраивает «Дом со львами» под потребности нового хозяина.

Эдуард Христианович Анерт родился 26 ноября 1790 года. В 1800 году поступил в Академию художеств. В 1815 году получил аттестат на звание художника, спустя десять лет удостоен звания академика архитектуры. С 1817 года Анерт служил в Строительном комитете, а с 1822 работал в качестве помощника К. И. Росси на строительстве Елагина дворца и здания Главного штаба. В Петербурге большинство его построек также связано с Адмиралтейством и Морским ведомством. Из наиболее известных произведений зодчего можно назвать здание Технологического института и Нового Адмиралтейства. Ученик и последователь Росси и Захарова, Эдуард Анерт был приверженцем позднего ампира как в гражданском, так и в военно-промышленном строительстве. Архитектор умер 24 июля 1848 года.

Изменения Анерта были весьма искусными. Например, он удачно надстроил одним этажом поперечный дворовый флигель «дома со львами». Но поскольку проектные чертежи Монферрана не сохранились, невозможно с абсолютной достоверностью установить, какие еще изменения были привнесены перестройкой 1829 года.

Например, исследователи спорят о том, кто является автором одного из самых эффектных элементов интерьера «дома со львами» - парадной лестницы вестибюля со стороны Адмиралтейского проспекта. Грандиозный рельефный фриз, составленный из военных арматур, по монументальности напоминающий фриз Пергамского алтаря,  вполне типичен для ампира. При этом, всё же, он более подходит для здания Военного министерства, нежели для дома светской львицы (как бы ни был велик энтузиазм русских дам по отношению к победам России над французским оружием).

По проекту Монферрана большой зал на втором этаже украшают колонны и пилястры. До XX века они не дошли - сейчас в зале сохранились только законченные и разные по рисунку лепные карнизы с мелкой порезкой. Остался ли проект Монферрана неосуществленным или нарядная отделка была уничтожена при поздних переделках в бытность здесь Военного министерства - остается неизвестным.

В отсутствие документов и исторических чертежей сложно проследить перестройки и изменения, которые претерпело здание за 80 лет существования в нем подразделений Военного министерства. Перемены заметнее во дворе, где закладывались за ненадобностью одни и протесывались другие окна, появлялись одноэтажные пристройки и сараи - к нашему времени уже уничтоженные.

Очень много пострадала внутренняя планировка. Для удобства размещения «присутственных мест» в поперечных несущих стенах были пробиты проемы и отгорожен узкий коридор в крупных помещениях парадных анфилад. Во время переделок росписи забеливались, лепные карнизы уничтожались, камины и печи убирались, заменяясь более экономичными и т. п.

Парадная анфилада, обращенная к Адмиралтейству, сохранила свои габариты. В 1950-х годах в одном из ее помещений оставался даже расписанный потолок (забеленный в более поздние советские годы). При Военном министерстве в рекреационном зале малой парадной анфилады появилась обшивка стен дубом, которую помнят выпускники 239-й школы с послевоенных лет. К сожалению, и она не сохранилась.

В 1900 году Дом Военного министерства был подробно обследован инженером-генералом Подымовым. Его разгромный отчет дает ясное представление о том, как Дом использовался министерством:

  1. "В служебных помещениях, крайне тесных, занятия происходили с лампами и свечами.
  2. Подвалы при наводнениях затапливались.
  3. В чердачные помещения вела единственная узкая, извилистая лестница старинной конструкции, а самые помещения, в значительной своей части, были полутемными, разделенными дощатыми, окрашенными масляною краскою, перегородками на маленькие каморки. Очаги были общими, в темных помещениях, служившими и для отопления; окна - чрезвычайно малы, потолки очень низки".

В нечеловечески тесных условиях одновременно размещались служащие Канцелярии министерства, Военно-санитарного и Кодификационного комитетов, Главного Интендантского управления и других учреждений министерства. На третьем этаже помещения Главного Интендантского управления практически не были изолированы от квартир служащих. В доме не было даже элементарных инструментов для тушения пожара.

Хозяйственный комитет писал в своих рапортах об «огромной скученности людей и малолетних детей в тесном пространстве, со стенами, почти сплошь увешанными одеждою и разным домашним скарбом». Для дровяных сараев совсем не оставалось места. Из-за этого дрова привозились ежедневно и складывались в коридорах и в жилых помещениях дома.

21 мая 1901 года дом осмотрела противопожарная комиссия. Она рекомендовала: во-первых, закрыть для жилья все чердачные помещения и, во-вторых, завести пожарные краны и хотя бы одну эвакуационную лестницу во дворе.

Свой проект перестройки «Дома со львами» для нужд Военного министерства предложил военный инженер-подполковник А. Д. Донченко. Полковник сам участвовал в строительстве здания Офицерского собрания на Литейном проспекте и был автором нескольких домов в Петербурге. Знающий специалист считал «трудно совместимым» сочетание жилья и учреждений в пределах одного корпуса. Однако его проект перестройки особняка, предполагающий функциональное зонирование корпусов дома, оказался на 180.000 рублей дороже строительства нового здания Министерства такой же кубатуры. По-видимому, поэтому проект так и не был реализован.

Представление о том, как выглядело разместившееся в доме Ведомство в конце первой половины XIX века, дают издания того времени. Так, в книге В. Бурьянова "Прогулка с детьми по С.-Петербургу" сообщается: "Перед нами видно красивое здание Военного министерства, в котором помещается несколько присутственных мест, ему подведомых, и живет множество чиновников и военных писарей. Это одно из самых красивых зданий в столице. Оно первоначально построено княгинею Лобановой-Ростовской, потом продано в казну. По внутреннему его устройству можно видеть, что дом предназначался для балов и празднеств. Наружность украшена множеством колонн; главный подъезд со стоящими по обеим сторонам мраморными львами, очень величественен".

В справочнике середины XIX столетия перечислены все департаменты и комитеты Военного министерства, числом чуть более двадцати. Выясняется, что лишь шесть из них помещались в бывшем доме Лобановых-Ростовских, а именно: Военный совет, Канцелярия военного министра, Аудиторский департамент и Генерал-аудитор, Медицинский и Провиантский департаменты.